Меню
Запад нас боится?

Запад нас боится?

Тысячелетняя неприязнь Запада к России на фоне украинского кризиса достигла своего апогея. Такое мнение высказал швейцарский публицист и депутат парламента кантона Женева Ги Меттан, автор книги «Россия — Запад: тысячелетняя война. Русофобия от Карла Великого до украинского кризиса».

Об этом сообщает издание  «Свободная пресса», ссылаясь на интервью публициста «Российской газете». Автор этого научного труда с самого начала и по сей день следил за развитием событий на Украине: Майдан, свержение легитимного президента националистами и ультраправыми, Крым, гражданская война в Донбассе.

По словам Меттана, он захотел понять, почему западные СМ? говорят о России с таким явным предубеждением, используя затертые клише и стереотипы.

Меттан считает, что русофобия корнями уходит в XI век, когда произошел раскол христианства на православную и католическую церкви.

«Три века спустя после падения Рима Карл Великий построил Западную империю в противовес Византии, а в религии должно было быть обеспечено верховенство Папы римского над Восточными церквами, чего не случилось.

Однако антиправославные предрассудки на западе континента, сначала направленные против Византии, распространились и на ее преемницу — Россию, взявшую на себя роль Третьего Рима», — отмечает автор.

Параллельно публицист попытался разобраться в том, как в прессе, в мозговых центрах в Вашингтоне, Брюсселе и в других западных столицах формируется антироссийский дискурс на основе предвзятого отношения к Москве. Он выделил несколько устоявшихся стереотипов.

«Во-первых, это то, что Россия является «варварской, деспотической, тоталитарной страной». То есть противоположностью Западу, которому якобы свойственны свобода, либерализм, демократия, а если монархии, то исключительно просвещенные. Согласно второму стереотипу, у России захватнические намерения, она только и мечтает, как прибрать к своим рукам чужие территории, поглотить всю Европу. Такие намерения приписывали России еще во времена Петра I, да и во все прочие, включая нынешние. Хотя, указывает Меттан, если мы обратимся к историческим фактам, то увидим, что ведущими колониальными, экспансионистскими державами на протяжении веков были Англия, Франция, ?спания».

Отвечая на вопрос о том, что сегодня подпитывает русофобию, когда религиозные разногласия ушли в историю, депутат указывает на то, что корни и питательная среда сейчас находятся в Америке:

?менно там перехватили эстафету русофобии у европейцев. После 1945 года использовали ее как средство в борьбе с коммунизмом. Когда СССР прекратил свое существование, США взяли на себя роль мирового гегемона, главной державы на Земле. Чтобы укрепиться в этом качестве, там считают недопустимой конкуренцию с чьей-либо стороны. Поэтому Россия, обладающая серьезным ядерным арсеналом, к тому же ставшая в последние годы демонстрировать силу и независимость, рассматривается американцами как некая угроза.

— Запад вообще периодически заболевает той или иной коллективной фобией, — говоритчлен бюро Президиума политсовета партии «Родина» Федор Бирюков — Это и антисемитизм, развившийся до масштабов государственной политики. ? страх перед коммунистами и Советским Союзом. Сейчас Европа боится агрессивной исламизации и неконтролируемой миграции, а также российского влияния.

Западные менеджеры от власти вновь вытащили пыльный лозунг «Русские идут» и размахивают им на каждом углу. Выгодно это, прежде всего, США, которые, в отличие от России, реально оккупировали Европу и не хотят отказываться от своего военно-политического доминирования в Старом Свете. Вашингтону поддакивает Лондон, они же, как сын и отец, ближайшие родственники.

Так что русофобия, конечно же, есть, но она вызывается искусственно, с помощью мощного арсенала СМ? и других инструментов пропаганды. А на политическом уровне поддерживается правительствами ведущих западных держав.

Корни этого явления лежат в политической конкуренции. Запад вообще живет по принципу конкуренции и навязывает его другим регионам планеты. Там не желают видеть никаких альтернатив своему глобальному могуществу.

А Россия — это ведь мировая альтернатива. Мы предлагаем человечеству жить по-другому, не так подло, агрессивно, без постоянного страха перед чем-либо и кем-либо. Мы отстаиваем принцип национального суверенитета не только для себя, но и для других.

Россия предлагает Европе стать большим геополитическим субъектом — от Лиссабона до Владивостока. Но США такого допустить не могут и натравливают на нас своры евробюрократов.

К примеру, этим летом меня с соратниками по партии «Родина» пригласили в Брюссель наши друзья из европейской партии «Альянс за мир и свободу». Планировалась пресс-конференция на площадке Европарламента по вопросам преодоления противоречий между ЕС и РФ, прекращению нелепой «холодной войны».

Мы должны были выступить, пообщаться с прессой, ответить на вопросы. Однако, спикер Европарламента Мартин Шульц лично наложил запрет на появление в стенах ЕП меня и моих товарищей. Был создан прецедент парламентской сегрегации по национальному признаку, еще один факт откровенной русофобии. По этому поводу мы подали иск в Европейский суд, сейчас идет разбирательство…

«СП»: — Почему до сих по живы эти стереотипы, описанные Меттаном, и как их побороть? Есть ли вообще смысл бороться с русофобией?

— Стереотипы поддерживаются политическими и финансовыми элитами Запада, поскольку русофобия для них — хороший оправдательный ресурс. Они создают для своих народов проблемы, а обвиняют в них Россию. Кроме того, русофобские мифы активно производятся и импортируются на Запад российскими же либералами. Это продолжается уже несколько столетий.

Российских либералов, упитанных и довольных, потом охотно показывают зарубежные СМ? в качестве «борцов за свободу». Но это борьба лишь за свободное передвижение капиталов из России на Запад, по большому счету.

Что же касается борьбы с русофобией, то, разумеется, она необходима. ? прежде всего это нужно самим европейцам и американцам, нормальным людям Запада. Рост русофобии у них всегда приводит потом к полномасштабному столкновению с Россией, «Русским миром». ? тогда их уже не спасают никакие «ужимки» конкуренции.

Недавно в Москве состоялась большая, значимая, хорошо организованная конференция по этой теме, напоминает политолог Владимир Корнилов.

— Очень хорошо сказал один из участников данного мероприятия: «Родина русофобии — это все-таки Россия». То есть дело не только в отношениях с соседями. Вы фактически нигде не найдете примеров, когда на протяжении веков соседние государства жили душа в душу и никогда не испытывали фобий к соседу.

Дело в том, что русофобией были больны (и сейчас это проявляется как никогда) некоторые представители собственных элит, ненавидящих Россию и русских, при этом находясь в России. ?, к сожалению, зачастую сама Россия игнорировала эту проблему, не вела идеологическую борьбу с данным явлением

В России очень поверхностно относятся к проблеме роста русофобии на Западе, игнорируется идеологическая проблема взаимоотношений с внешним миром, фактически отсутствуют серьезные институты, которые должны были бы мониторить и реагировать на рост русофобии, вести идеологические кампании не только «для внутреннего потребления», но и для внешнего.

Складывается порой впечатление, что некоторым в Москве вскружил голову успех Russia Today и они решили тем и ограничиться. ? никто особо не обращает внимания на серьезнейшие ресурсы, которые уже выделяются на Западе для развертывания колоссальной пропагандистской войны против России.

«СП»: — Насколько по своей природе русофобна нынешняя украинская власть? Некоторые историки уверены, что Украина изначально задумывалась как антироссийский проект и другой быть не может по определению. Так ли это? По-вашему, можно ли выйти из этого заколдованного, порочного круга?

— В самой Малороссии/Украине всегда (с момента появления этого политического термина) велась борьба между двумя Украинами — пророссийской и антироссийской. ?ногда побеждала одна, иногда — другая. ? вы знаете, практически всегда в Москве не имели четкого представления о тактике и стратегии этой борьбы. Примеров в истории множество: и сдача Петром Кочубея и ?скры Мазепе, и передача Донбасса Украине после революции 1917 года, о горбачевско-ельцинских годах я уж молчу.

Сейчас, вроде бы, пришло осознание важности идеологического вопроса в битве за Украину. Но пока что дальше осознания дело не идет. Никто всерьез не занимается разработкой вопроса стратегии дальнейшего выстраивания российско-украинских отношений. Никто в Москве не озаботился тем, как начинать процесс дебандеризации Украины. Многие по-прежнему думают, что все решат кредиты, экономика, газ.

Запад рассматривает Россию как большую, сильную, невероятно боеспособную и при этом довольно близкую к себе цивилизацию, так сказать близнеца, полагает публицист Егор Холмогоров:

Соответственно, Запад искренне боится, что русские будут господствовать над Европой. Поэтому «сдерживание России» превратилось в иррациональную установку западной политики. Они исповедуют это «сдерживание» даже тогда, когда небольшие уступки нам разрядили бы напряженность на многие десятилетия.

«СП»: — Откуда взялся образ России как кровожадного медведя, готового порвать на части цивилизованную Европу? Россия сама постоянно переживала вторжения с Запада…

— Образ России как чудовища связан именно со вторжениями с Запада. Типичное обвинение жертвы. К тому же все, кто вторгался в Россию, очень плохо кончали. Что лишь увеличивает ненависть к России. Важно при этом осознавать, что Запад отлично понимает: Россию нельзя победить, Ее можно лишь разложить и подтолкнуть к самоуничтожению.

«СП»: — При этом лидеры европейских держав нередко вступали в союзы с Россией против лидеров других европейских держав. То есть тогда Россию не боялись?

— На самом деле единый антироссийский фронт сформирован именно взаимным страхом перед союзом конкурента с Россией. США и Германия очень тщательно «пасут» друг друга чтобы другая сторона не сговорилась с Россией. При этом в России недавно была популярна тема союза с немцами против англосаксов. А теперь в американском дискурсе начинает очень интенсивно педалироваться тема союза России и США, которым, в сущности, нечего делить, против инфернальных неонацистских реваншистов Германии.

«СП»: — Почему русофобия присуща Западу, если конкретнее — Европе и США? Почему ее нет в Китае, в других азиатских странах, в Латинской Америке?

— В остальном мире русофобии нет именно из-за культурной дистанции. Для китайцев мы абсолютно другие, они могут нас не любить, но им просто незачем нас бояться на метафизическом уровне.

«СП»: — Русофобия наших традиционных оппонентов — Западной Европы, чем-то отличается от русофобии наших бывших союзников — Европы Восточной?

— Восточноевропейская русофобия — это вообще нечто дикое. Они полагают, что сильная Россия означает для них конец. Понятно, что такая русофобия неисцелима в принципе.

Русофобия западноевропейцев в целом более конкурентная. Понятно ведь, что Россия не угрожает душе Франции и даже Германии.

Дмитрий Родионов


  Добавлено 13 ноября 2015 в 12:41   
Запад нас боит' data-yashareDescription='Тысячелетняя неприязнь Запада к России на фоне украинского кризиса достигла своего апогея. Такое мнение высказал швейцарский пуб'>

Для добавления комментария необходимо авторизоваться
или
Powered by Jasper Roberts - Blog